На подаренную мормышку.

 

Моего намерения отправиться порыбачить на подмосковную Добицу не изменил даже холодный порывистый ветер, который первым встретил меня при выходе из дома. Нынешней зимой это был лишь третий мой выезд на эту речку.

 

Перед выходом на лед я внимательно осмотрелся. Большинство рыболовов разместились слева вдалеке, остальные компактно расселись справа, перед крутым поворотом реки.

 

Я пошел в сторону первой группы, поступив по житейскому принципу: «Где больше людей, там наверняка лучше ловится», однако, пройдя уже метров сто и успев немного по размыслить, развернулся в обратную сторону и спустился на лед. Сначала нужно посмотреть, что происходит под самым носом, прежде чем отправляться к устью.

 

Около рыболова, сидевшего с краю, лежал десяток окуней. Это приободрило - значит, рыба здесь есть и она активна. «Пробовать начну отсюда, а если не получится, то времени еще достаточно, чтобы присоединиться к дальней группе», - мысленно рассуждал я, снимая с плеча рыболовный ящик и расчехляя ледобур.

 

- Садись впереди меня, там тоже клюет, - по-дружески предложил пожилой, мужчина и показал на подготовленные лунки.

 

Я быстро размотал удочку и поймал окунька, потом второго, третьего. Но последующие три проводки ничего не дали.

 

Не задерживаясь, перешел на вторую лунку и один за другим вытащил на лед с полдюжины окуньков. Затем вернулся на прежнее место. Клевало беспрерывно, двух лунок было вполне достаточно, чтобы постоянно вытаскивать рыбу на лед. Я быстро вспомнил навыки, приобретенные во время предыдущих выездов на этот водоем, и благодаря им подходящим образом играл снастью и вовремя подсекал.

 

Клевало у меня чаще, чем у соседей. "Секрет этого успеха заключался в мормышке, подаренной мне товарищем, за что ему огромное спасибо!

 

Маленькая мормышка красноватого цвета с крохотной желтой бусинкой была мне вручена две недели назад, когда мы ловили большой компанией на залитом водой торфянике в Туголесье. Там сначала пришлось долго искать рыбу, потом у меня оборвалась леска при первой же серьезной поклевке, и тогда Андрей выделил мне из своих запасов эту уловистую мормышку.

 

Небольшие окуньки, схватив насадку, резко бросались в сторону, отчего кивок неимоверно сгибался.

 

По-иному действовали окуни размером с ладошку: заглотив мотыля, они замирали на месте или чуть поднимались вверх, при этом дрожащий сторожок останавливался или «по- лещиному» выпрямлялся.

 

Сходов было очень мало, и лишь изредка какой-нибудь полосатый разбойник, наспех схвативший насадку, умудрялся освободиться от крючка. Я успел подметить, что ни один мотыль не пропал даром, наоборот, на каждого удавалось поймать по нескольку рыб.

 

Рыбалка складывалась весьма благоприятным образом: беспрерывный клев в каждой лунке, небольшое расстояние между ними, уверенные и надежные хватки хищника, небольшая глубина и т.д. Единственной помехой, влиявшей на процесс ловли, был сильный ветер, постоянно менявший свое направление. От него никак не удавалось прикрыть собой удочку и лунку. Порывы были настолько сильны, что даже вышибали слезы из глаз.

 

К сожалению, долго радоваться не пришлось - через полтора часа после начала ловли клев стал затихать. В поисках рыбы я проверил близлежащие лунки, просверлил несколько новых и даже в три из них опустил прикормку в надежде, что может подойти плотва.

 

Но поклевки стали совсем редкими, а потом и вовсе прекратились. Прикормка тоже не помогла.

 

Только после этого я отправился в сторону устья, проверяя по пути многочисленные лунки. В некоторых удавалось поймать лишь по паре хвостов, и лишь в одной я сумел вытащить подряд целый десяток окуней. Иногда попадались некрупные плотвички. В отличие от утреннего клева теперь хватки стали едва заметными.

 

К середине дня порывистый северный ветер проредил тучи, и в разрывах между ними стало появляться ослепительно яркое солнце. «К морозу», - коротко заключил я, вспоминая народные приметы.

 

Перемену погоды посчитал основной причиной ухудшения клева.

 

Обошел в округе еще десятка три лунок, но безрезультатно.

 

Видно, хватит мне путешествовать, попробую половить в каком-то одном месте. С этими мыслями я уселся рядом с двумя рыболовами, скучавшими от бесклевья, и на глазах у изумленных соседей вытащил на лед полдюжины окуней!

 

- И чем же таким необычным ты сумел привлечь рыбу? - спросил один из них, с интересом наблюдая за моими действиями.

 

- Мормышкой, подаренной добрым человеком, - откровенно поведал я о секрете своего успеха. Когда и здесь клев прекратился, я вернулся к оставленному у «рыбной» лунки ящику и перед уходом с водоема поймал еще с десяток ровных окуней. В итоге улов получился вполне приличный.

 

До конца зимы я еще несколько раз приезжал на эту речку, и с каждым выездом улов становился серь-езнее предыдущего.

 

И конечно, я всегда с благодарностью вспоминал своего товарища, подарившего мне этот счастливый кусочек металла.